Рекорд, которого почти нет
Цифры выглядят сильными: суммарные премии брутто выросли на 20,8%, до 205 млрд рублей, а чистая прибыль достигла 11 млрд — нового исторического максимума. Но за рекордом прячется стагнация: к уровню 2024 года прибыль прибавила всего 2%. Рекорд по форме, топтание на месте по сути.
И сам этот рекорд во многом бухгалтерский. С 2025 года страховщики перешли на новый стандарт отчетности МСФО 17, заменивший МСФО 4, — он меняет порядок признания прибыли и пересчитывает прошлые периоды. По новому стандарту прибыль 2024 года составляет 10,8 млрд рублей, по старому — 11,1 млрд. Поэтому и «рекорд» (11 млрд против 10,8 млрд), и рост на 2% корректны только в логике МСФО 17. Если же сравнивать с 11,1 млрд по прежнему стандарту, прибыль не выросла вовсе — она даже ниже прошлогодней.
Главное же в том, что рост прибыли удержал не страховой бизнес, а инвестиционный портфель. Он вырос за год на 22,1%, до 286,4 млрд рублей, и более 90% его — облигации и депозиты, которые при ключевой ставке, весь год державшейся около 21%, приносили высокий процентный доход. Результат от инвестиционной деятельности прибавил треть — с 9,8 до 13,0 млрд рублей — и превысил саму чистую прибыль. А собственно страховой результат за тот же год снизился: с 11,6 до 10,2 млрд рублей. Он остался крупным и положительным, но именно рост инвестиционного дохода удержал прибыль от падения. По структуре результата группа сегодня в той же мере инвестиционная компания, что и страховая.
Для всего рынка вывод тот же и куда важнее одной отчетности: высокая прибыль страховщиков 2025 года — во многом производная от высокой ключевой ставки, а не от качества андеррайтинга. Это видно и по рентабельности: рентабельность капитала группы снизилась до 27,9%, и менеджмент лишь ставит цель вернуть ее выше 30%. Когда Банк России продолжит снижать ставку, инвестиционная подушка начнет сдуваться — и на первый план выйдет то, что сейчас в ее тени: умение зарабатывать собственно на страховании.
Жизнь — мотор роста, но уже сбавляет обороты
Главным драйвером сборов стало накопительное страхование жизни: премии по НСЖ выросли на 53,6%, до 116,4 млрд рублей — больше половины всех премий группы. За этим стоит структурный сдвиг всего рынка: продажи ИСЖ сворачиваются, а клиенты перетекают в накопительные продукты. Но и этот мотор замедляется — накопительные продукты чувствительны к ставке, и по мере ее снижения их доходность и привлекательность падают. В прогнозе на 2026 год группа сама закладывает замедление динамики страхования жизни.
Моторы растут в сборах, но под прессом запчастей
Премии от автострахования выросли на 4,2%, до 46,4 млрд рублей, а каско для физлиц прибавило 26,5% (до 17,9 млрд) — на фоне падения продаж новых машин рост дали лизинг, каршеринг и таксопарки. Но за ростом сборов скрывается давление на убыточность: в собственном прогнозе на 2026 год группа прямо связывает будущее повышение тарифов в каско с ростом убыточности и удорожанием автозапчастей, а рост ОСАГО — с расширением тарифного коридора. Тот самый запчастевый пресс, что толкает ОСАГО к убыточности по рынку, виден и в планах крупнейшего публичного игрока. Доля группы на рынке ОСАГО — 4,3%.
ДМС просел
Премии по ДМС снизились на 7,8%, до 11,9 млрд рублей, причем к концу года падение ускорилось — компании оптимизируют расходы на персонал. Сегмент, еще недавно считавшийся растущим, оказался под давлением, и расширение бесплатных сервисов в ОМС этот тренд не облегчает.
Светлое цифровое будущее
Ответ на все эти вызовы группа ищет в технологиях — и здесь у нее есть чем похвастаться в конкретных цифрах. ИИ-чат-боты обрабатывают до 28% входящих обращений клиентов, ИИ-помощники сократили нагрузку в ИТ-сервис-деске на 43%, а гибкие полисы ОСАГО компания называет первыми в России. Финансовая устойчивость высокая: активы 323,2 млрд рублей, капитал 56,3 млрд, коэффициент достаточности капитала 125% при нормативе 105%, кредитный рейтинг «Эксперт РА» — ruAA.
На 2026 год менеджмент обещает превзойти прибыль 2025 года, вернуть рентабельность капитала выше 30% и выйти на среднегодовой рост прибыли в 20% до 2028 года при росте страхового бизнеса на 10–15% в год. Показательно, чем именно: первым драйвером названы инвестиции, вторым — повышение рентабельности в non-life через цифровые каналы. То есть компания прямо признает, что прибыльность собственно страховых операций ей еще предстоит нарастить. Настоящая проверка этого светлого цифрового будущего начнется тогда, когда ставка пойдет вниз и инвестиционный доход перестанет покрывать все остальное.
